2015-02-04T07:44:54+03:00

Холдинг Лисина так «зарубился» за деньги Максимова, что «щепки летят» на журналистов

После письма экс-руководителя «Макси-Групп» Рашиду Нургалиеву оппоненты из ОАО «НЛМК» решили надавить на СМИ
Изменить размер текста:

В конфликт вокруг компании «Макси-Групп» уральского бизнесмена Николая Максимова оказались втянуты многие свердловские федеральные СМИ. На прошлой неделе в прессе появился текст письма Николая Максимова к министру МВД РФ Рашиду Нургалиеву, в котором бизнесмен рассказывает о попытке дальнейшего присвоения активов «Макси-Групп» со стороны ОАО «НЛМК». В ответ в адрес журналистов посыпались письма с «упреками» и странными нравоучениями со стороны холдинга Владимира Лисина.

«Я считаю, что лишился имущества в результате рейдерских действий руководителей Новолипецкого комбината (ОАО «НЛМК») в отношении предприятий Макси-Групп. Ущерб, причиненный мне на настоящий момент, определяется специалистами и составляет порядка 16 миллиардов рублей», – заявил бизнемен Николай Максимов в своем письме на имя министра МВД Рашида Нургалиева.

Почему, собственно, участник экономического конфликта решил обратиться к главному полицейскому страны? Вероятно, ему пришлось это сделать. Потому что вопреки словам Дмитрия Медведева и Владимира Путина о том, что экономические споры должны решаться в арбитражных судах, а не путем уголовного производства и «посадки» одного из участников конфликта, сегодня именно «свои» люди в погонах продолжают использоваться в «рейдерских» делах. И, как правило, полицейские выступают на стороне гигантов бизнеса, отправляя под следствие и за решетку экономически более слабых игроков. Которые, как часто бывает, на самом деле является пострадавшей стороной. Николай Максимов считает, что конфликт вокруг «Макси-групп» – как раз тот случай.

История успеха

В своем письме к министру МВД Николай Максимов рассказал историю развития и кризиса «Макси-групп» с 1991 года, когда он «с нуля» начал возрождать пришедшие в упадок свердловские предприятия, объединяя их в группу.

«К концу 2007 года я был 100%-ым собственником созданной мною «Макси-Групп», на базе которой реализовывалась программа строительства сети новых мини-заводов по переработке лома черных металлов и производству сортового проката. На трех металлургических, полностью модернизированных (фактически построенных заново) заводах в Свердловской области работало более 7 тысяч человек, производство стали и проката достигло 2,2 млн тонн в год».

Говоря о новом веке, Максимов отметил выход на лидирующие позиции в отрасли «Нижнесергинского метизно-металлургического завода – НСММЗ. Построенные современные технологии и их эффективность позволили заводу выйти на первое место по заработной плате в отрасли. В середине 2007 года рабочие НСММЗ получали до 26 тысяч рублей. А сам завод в этом же году был признан победителем VIII всероссийского конкурса «1000 лучших предприятий и организаций России – 2007». Обманутое доверие

В ноябре 2007 года, Максимов, как следует из его письма, из 100% принадлежащих ему акций ОАО «Макси-Групп» продал 51% акций Новолипецкому комбинату. В состав Макси-Групп тогда входило 76 предприятий. Целью продажи контрольного пакета был поиск инвестора и партнера по развитию «Макси-Групп» и строительству новых заводов.

«Мы договорились, что мне выплачивается аванс в размере 7,3 миллиарда рублей, который я предоставляю в качестве займа в Макси-Групп на развитие инвестиционных программ, оставшаяся сумма за акции мне выплачивается после подсчета полной стоимости бизнеса. В свою очередь Новолипецкий комбинат производит рефинансирование всей задолженности Макси-Групп за счет средств комбината, а также предоставляет Макси-Групп заём в таком же размере, 7,3 миллиарда рублей», – пишет Максимов.

В январе 2008 года мне был выплачен аванс в размере 7,3 миллиарда рублей, который я направил в Макси-Групп в качестве займа на развитие инвестиционной программы. В связи с невыполнением Новолипецким комбинатом обязательств по рефинансированию задолженности Макси-Групп, о чем неоднократно писалось комбинату, денежные средства которые предоставил я на финансирование инвестиционной программы, стали использоваться на погашение текущих задолженностей.

В результате банком были безакцептно списаны 400 миллионов рублей. В тот же период Новолипецкий комбинат, используя статус мажоритарного акционера, поставил под сомнение всю инвестиционную программу по строительству заводов и отказался участвовать на собрании акционеров по одобрению предоставленного мной займа… Мной было принято решение потребовать возврата займа, из 7,3 миллиардов рублей мне вернули 5,9 миллиарда, Макси-Групп осталась должно мне 1,4 миллиарда рублей, что ныне подтверждено решением суда».

Попытки Максимова вернуть оставшуюся часть акций после переговоров с Владимиром Лисиным не увенчались успехом. С этого момента, по мнению Максимова, начались действия по намеренному лишению его имущества.

Максимова отстранили от управления «Макси-групп». При этом продолжался вывод имущества (предприятий) из-под акционерного контроля «Макси-Групп». Способы были разные: аукцион с участием только заинтересованных игроков и прямой выкуп комбинатом акций и долей предприятий «Макси-Групп».

Судебные игры в одни ворота

«После вывода предприятий Макси-Групп в свою собственность, Новолипецкий комбинат решил цинично обанкротить Макси-Групп», – пишет Максимов.

По его данным, в декабре 2009 года комбинат выиграл иск в Арбитражном суде Липецкой области о взыскании денег. Это неудивительно, если учесть, что ответчик «Макси-Групп», по сути, уже был подконтролен холдингу Лисина. Используя это решение, в декабре 2010 года НЛМК через Арбитражный суд Москвы добился введении процедуры банкротства в отношении «Макси-Групп» (введена 18 февраля 2011 года).

«По факту вывода из Макси-Групп имущества и инициировании его банкротства мной 17 марта 2011 года в ГУВД по городу Москве было подано заявление о возбуждении уголовного дела в отношении Лисина В.С., президента НЛМК Лапшина А.А., генерального директора Макси-Групп Шевелева В.В. по статье преднамеренное банкротство», – рассказывает Николай Максимов в письме к министру МВД.

30 сентября 2011 года в возбуждении уголовного дела ему было отказано. И уже через две недели дело о преднамеренном банкротстве «Макси-Групп» возбудили против самого Максимова. При этом, по его словам, следователи сделали акцент на событиях 2007 года и не обратили внимания на факты вывода из «Макси-Групп» имущества в период 2008 – 2010 года.

«Оставшиеся у меня 49% акций Макси-Групп сейчас ничего не стоят, за 3 года Новолипецкий комбинат направленными действиями по выводу имущества из Макси-Групп обесценил принадлежащие мне акции, чем причинил мне существенный ущерб - это называется рейдерством», – пишет Максимов.

С середины 2009 года в отношении Максимова возбуждены несколько уголовных дел, в которых он обвиняется в растрате, злоупотреблении полномочиями, мошенничестве, преднамеренном банкротстве. В настоящее время все эти дела объединены и расследуются в СУ при УВД по ЦАО Москвы. Как отмечает бизнесмен, возбуждение дел последовало, когда он стал обращаться в суд с исками о взыскании денег с ОАО «НЛМК» и ОАО «Макси-Групп».

«Можно ли говорить об инвестиционном климате в стране, когда откровенное рейдерство намерено не расследуется правоохранительными органами, более того, когда в ответ на обращения правоохранительные органы начинают возбуждать дела в отношении потерпевших, – пишет Максимов Нургалиеву. – Считаю, что уголовное преследование осуществляется в результате корпоративного конфликта между мной и Новолипецким комбинатом. Правоохранительные органы в данном конфликте используются как инструмент давления на меня и для прикрытия незаконных действий руководителей Новолипецкого комбината».

Во всем виноваты журналисты?

В ответ на письмо Николая Максимова к министру МВД Рашиду Нургалиеву руководство НЛМК выпустил свое письмо. Только не к министру, а редакции СМИ. Нетрудно догадаться, что в этом документе холдинг Лисина пытается обратить в свою пользу информацию о межкорпоративном конфликте, изложенную Максимовым министру МВД.

Интересно, что представитель НЛМК, критикуя письмо Максимова и сообщая об «имеющихся в данном письме несоответствующих действительности высказываниях», далее в качестве цитат приводит фрагменты текста, которых в письме Максимова к Нургалиеву «Пример рейдерства в современных условиях» просто не было. А потом эти самые фрагменты называют ложными…

Более того: вероятно, не стесняясь опечаток в тексте, директор по внешним связям ОАО «НЛМК» А.А. Базулев решил напомнить журналистам, как надо работать и намекает на нарушение «Закона о СМИ» в части обязанности журналиста проверять достоверность сообщаемой им информации. Далее г-н Базулев сообщает, что приведенные им в письме данные опровергают факты, изложенные в обращении Максимова к Нургалиеву и заявляет, что распространение подобных фактов со стороны журналистов может расцениваться как нарушение Ст. 51 «Закона о СМИ».

Здесь стоит отметить, что не каждый день крупный бизнесмен федерального значения пишет открытое письмо на имя самого министра МВД Рашида Нургалиева. Стоит ли упрекать в нарушении закона журналистов, которые, выполняя свою работу, оперативно публикуют подобные общественно значимые материалы?

Впрочем, рассылать письма с неприятными намеками в адрес представителей СМИ для НЛМК, похоже, дело привычное.

«Олигарх Лисин пытается оказать давление на СМИ»

Еще год назад после публикаций материалов о судебном конфликте холдинга Владимира Лисина с Николаем Максимовым писала газета газеты «The Moscow Post». В ответ на публикации редакция газеты получила письмо от пресс-службы Новолипецкого металлургического комбината под номером 27/00080.

«Руководство Новолипецкого металлургического комбината продолжает терроризировать редакции независимых СМИ. Так представители НЛМК пытались оказать давление на редакцию газеты «The Moscow Post». В частности, пресс-служба НЛМК потребовала от издания прекратить публикацию материалов об этом холдинге, нарушая при этом статью 47 «Права журналиста» федерального закона о средствах массовой информации», – так отреагировала на данный документ газета «The Moscow Post» в публикации под заголовком «Олигарх Лисин пытается оказать давление на СМИ» http://www.moscow-post.ru/economics/001296643148812.

«…представители этого металлургического холдинга не опровергли ни один из приведенных в публикациях газеты фактов, рассказывающих о том, что НЛМК рейдерским способом отобрал активы «Макси-групп» у Максимова, сфальсифицировал долг «Макси-групп» на совершения момент сделки, не вернул Максимову $300 млн. и начал оказывать давление на топ-менеджеров «Макси-групп».

Вместо каких-либо внятных фактов в письме НЛМК содержались сплошные угрозы. В частности, представители Новолипецкого металлургического комбината грозились подать в суд и т.д.

Отметим, что подобный правовой террор весьма свойственен для НЛМК. В частности, во время конфликта с НЛМК на Максимова завели уголовное дело. Кроме этого иски были поданы против бывших генеральных директоров ОАО «Нижнесергинский метизно-металлургический завод» (входит в ОАО «Макси-Групп») Александра Кутакова и Владимира Бутенко. Так же НЛМК выдвинул в суде претензии к бывшему гендиректору ЗАО «Центрвтормет» Павлу Кудрупову и экс-гендиректору самой «Макси-Групп» Александру Логиновских», – сообщается в «The Moscow Post».

В связи с этим газета отметила, что запугивание журналистов является нарушением свободы слова. Также является недопустимым нарушение статьи 47 «Права журналиста» федерального закона о средствах массовой информации. В частности ст.47 гласит, что «Журналист имеет право: искать, запрашивать, получать и распространять информацию»

Кроме того, в статье 58 («Ответственность за ущемление свободы массовой информации») указанного Закона дается разъяснение нарушениям свободы СМИ.

Ассиметричный выпад

Возвращаясь в 2012 год, к новому письму ОАО «НЛМК» в редакции СМИ, можно отметить следующее. Возможно, в этой ситуации со стороны ОАО «НЛМК» было бы разумным ответить на претензии Максимова симметрично – путем направления на имя того же Нургалиева письма с изложением своей позиции в межкорпоративном споре. Если холдингу Лисина, конечно, есть что сказать в свою защиту. Но вместо этого происходит ассиметричный «наезд» на журналистов, интересующихся тематикой современного рейдерства.

Между тем, в целом ситуация выглядит так: журналисты лишь представляют точки зрения. Окончательно же разобраться в конфликте Николая Максимова и Владимира Лисина должны компетентные органы. Только это разбирательство со стороны людей в погонах и мантиях не должно иметь коррупциогенных признаков, о которых министру МВД и сообщил в своем письме Николай Максимов.

Михаил МАЕРСКИЙ Статья с сайта veved.ru.

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также