2019-06-01T00:08:35+03:00

«На Родине его расстреляют»: беженец из Северной Кореи 20 лет скрывается на Урале

Ему отказывают в получении гражданства и предлагают вернуться обратно
Поделиться:
Комментарии: comments20
На жизнь Пак зарабатывает частным ремонтом Фото: предоставлено героем публикацииНа жизнь Пак зарабатывает частным ремонтом Фото: предоставлено героем публикации
Изменить размер текста:

Пак (имя и фамилии героев публикации изменены – прим. ред.) уехал из Северной Кореи в Россию на заработки 25 лет назад. За это время он успел обосноваться на Урале, «сменить» имя и даже жениться. Но жить полноценно он не может до сих пор, так как у него нет паспорта. Ни корейского, ни российского. Вернуться на Родину Паку нельзя - там «беглеца и предателя» ждет казнь. По тем же причинам он не может восстановить и корейский паспорт. А российский паспорт без корейского ему не дают…

В РОССИИ МЕНЯ ПОРАЗИЛИ ХОЛОД И ЕДА

Сейчас Паку уже 56 лет. В России он успел поработать во многих городах: от Владивостока до Новосибирска. В основном разнорабочим. Где-то валил лес, где-то занимался ремонтами. Пак неохотно вспоминает о жизни в Северной Корее:

– Я родился в одном из промышленных городов с населением в 300 тысяч человек. Его можно сравнить с Нижним Тагилом. Как мы жили? С постоянной нехваткой еды, вещей. Все по талонам и за всем стоишь в длинных очередях. Даже если покупаешь костюм, за брюками стоишь в одной очереди, за пиджаком – в другой.

Пак из многодетной семьи. Когда ему было 15, он окончил семь классов – это все его образование. После этого сразу пошел работать. В 1986 году компартия решила отправить его на пять лет валить лес в Советский союз. Пак не возражал – это была хорошая возможность заработать.

Пак вырос в семье рабочих. После 7 классов школы пошел работать на стройку Фото: предоставлено героем публикации

Пак вырос в семье рабочих. После 7 классов школы пошел работать на стройку Фото: предоставлено героем публикации

– На меня составили положительную характеристику – проверили всех родственников. Потом собрали добровольцев, погрузили их в поезд и повезли к пограничной станции Туманган, – вспоминает Пак. – В России нас сопровождали военные.Далеко корейцев везти не стали – остановились в Амурской области. Всех рабочих заселили в небольшие отапливаемые вагончики – в каждом по семь человек.

– Первое, что меня поразило – это холод. Для многих именно он стал самым тяжелым испытанием, несмотря на изнурительный и опасный труд, – говорит беженец. – Ближайшая от нас больница была в 100 километрах, поэтому рабочие часто умирали из-за тяжелых травм. Их отправляли домой в цинковых гробах – по 10 на самолет. Если тел не набиралось, руководство вкладывало в гроб какую-нибудь технику и одежду, чтобы отправить родственникам.

Но есть и хорошие воспоминания. Например, возможность купить еду и вещи. Их мигранты отправляли родным небольшими посылками.

– Часть заработка платили Корее, а часть отдавали русскими деньгами нам. На них мы могли покупать продукты. Заходишь в магазин, а там хлеб, молоко, мясо – в Корее его ели раз-два в год, – восторженно тараторит Пак. – Там люди питаются овощами, рыбой и рисом.

ЖИЛИ ВПРОГОЛОДЬ

В 1991-м году у Пака кончился контракт, и его вернули домой. За пять лет жизнь в родном городе стала тяжелее: в ближайших водоемах стало меньше рыбы, некоторые заводы перестали работать. В 1993 году он снова поехал валить лес.

– В России тоже был развал: нам прекратили платить русские деньги, жили исключительно на пайки от Кореи, в которые входили рис и морская капуста, – продолжает Пак. – Впроголодь продержался год, а потом начал искать подработки на стороне – выходить нам разрешали. Занимались ремонтом у местных жителей. Спустя еще полгода стало невыносимо, и я сбежал. Корейский паспорт остался на предприятии, где работал.

Мигранты сбегали поодиночке, но впоследствии объединялись в небольшие группы. Так проще было найти работу, ведь многие не знали язык. За пять лет они поездами из Приморского края доехали до Сибири.

– Все заработанные деньги уходили на еду и взятки, – признается Пак. – Чтобы не задержали, приходилось платить… Моим родителям сказали, что я погиб – это я узнал от знакомых. Отец и мать этой новости не пережили. Умерли.

СУДЬБА У МЕНЯ ТАКАЯ – ВСЕМ ПОМОГАТЬ

Сегодня Пак и его супруга Светлана Мельникова живут на окраине Екатеринбурга. Познакомились они просто – Светлана искала рабочих, чтобы обновить плитку на кухне. Знакомый привел к ней Пака и его товарища.

– Пак тогда совсем не говорил по-русски, поэтому работал в команде с другими нелегалами. Пришел со своим другом – тоже корейцем, который договорился о сроках и оплате, – объясняет Светлана. – Пока шел ремонт, мы сблизились, начали друг друга понимать, вспыхнули чувства. Он рассказал, что сбежал из Северной Кореи и несколько лет скитается по России поездами. А я ответила: «это не дело».

В 2007 году Пак женился на екатеринбурженке Светлане Фото: Маргарита Махонина

В 2007 году Пак женился на екатеринбурженке Светлане Фото: Маргарита Махонина

Встреча перевернула жизни обоих. Светлана не посмотрела на проблемы с законом, другую национальность и разницу в возрасте (сегодня женщине 60 лет – прим. ред.).

– Видимо судьба у меня такая – всем помогать! Родители умерли, когда я была подростком. Воспитывала младшего брата, потом своего ребенка. Я всегда сочувствую людям в беде, – рассказывает женщина. – Я сама медик по образованию, проработала 43 года, при этом 28 из них с детьми с ограниченными возможностями.

С помощью правозащитников Пак добился документа о временном убежище, который нужно продлевать ежегодно, и разрешение на временное проживание – его нужно продлевать раз в три года.

– Мне обещали дать российское гражданство спустя три года, - сетует мужчина. – Но этого не случилось. С меня требуют корейский паспорт и документ об официальном выходе из гражданства. Паспорта у меня нет – я оставил его на лесопилке, когда бежал. И восстановить его не могу – для этого нужно ехать в Корейское посольство в Москву.

– Мы боимся, что там Пака задержат. Потому что там ему придется писать заявление на выход из гражданства. Насколько нам известно, еще не было случаев выхода из гражданства Северной Кореи, - добавляет Светлана. – Мы думаем, что Пака задержат. А на Родине его расстреляют, как предателя и политического преступника.

Из-за проблем с документами, Пак не только не может официально трудоустроится, но и живет в постоянном страхе, что его депортируют обратно на Родину.

СКАЗАНО

– С точки зрения российского права, Пак является лицом без гражданства. Он не гражданин РФ, и в то же время у него нет доказательств, что он гражданин иностранного государства, – объясняет председатель Уральской ассоциации беженцев Любовь Лукашева. – С 1993 он проживает в стране постоянно. С 2007 года состоит в официальном браке с гражданкой России. Экономически не зависит от государства: не претендует на пособия, имеет стабильный источник заработка и даже платит налоги. Вполне сносно общается по-русски. То есть у него есть все права для законного проживания в России. А с точки зрения корейского законодательства, он преступник, который покинул страну без разрешения государства. Наши полномочные органы, руководствуясь принципами закона о гражданстве, должны оказывать всяческое содействие в оформлении статуса. Но если бы они это делали, этой истории бы не было.

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также