2020-02-04T13:32:52+03:00

«Это позор!»: в Екатеринбурге воспитательница детсада вынуждена жить в бараке, который не признают аварийным

В доме холодно и сыро, повсюду плесень, но съехать из жилья у женщины возможности нет
Поделиться:
Комментарии: comments5
В доме нет централизованного отопления. Его жители согреваются по-старинке - топят печь дровами.В доме нет централизованного отопления. Его жители согреваются по-старинке - топят печь дровами.Фото: Алексей БУЛАТОВ
Изменить размер текста:

В редакции «КП» раздался телефонный звонок:

- Помогите нам, пожалуйста, - прозвучал на другом конце провода женский голос. - У нас в поселке Шабровский работает воспитательница детского садика. Она педагог, каких мало! Она жизнь свою детям отдает, к школе их готовит. Но то, в каких условиях она живет – это позор!

Звонила мама одного из воспитанников 39-летней Людмилы Рубцовой.

- Да что я вам рассказываю, приезжайте, посмотрите сами… - попросила Ольга Агафонова.

В Екатеринбурге воспитательница детского сада вынуждена жить в бараке, который не признают аварийным.Алексей БУЛАТОВ

ДОМ, ПОСТРОЕННЫЙ ПРИ СТАЛИНЕ

От детского садика, в котором работает Людмила, до ее дома всего 40 метров. Но каждый вечер она очень спешит: надо успеть затопить печь, чтобы детям не пришлось спать в холоде.

- Вчера топили, и сегодня будем, - вздыхает Людмила Рубцова, осторожно открывая дверцу печки. - Она очень старая и опасная. Без взрослого топить нельзя, потому что трещины кругом и все осыпается и падает. Но топить надо, потому что иначе просто не выжить – очень холодно.

Эта печь была заложена еще при Сталине. Несмотря на то, что отапливает она квартиру, дрова в нее надо закидывать из подъезда. Фото: Алексей БУЛАТОВ

Эта печь была заложена еще при Сталине. Несмотря на то, что отапливает она квартиру, дрова в нее надо закидывать из подъезда.Фото: Алексей БУЛАТОВ

Людмила живет с мужем и двумя детьми, 13-летнем сыном и 17-летней дочкой, в двухэтажном деревянном бараке, настолько старом, что все его бревна давно почернели и рассохлись. Местные поговаривают, что построен он был пленными немцами после Великой Отечественной войны. Но в действительности дом еще старше – его построили в 1930 году. Пока Людмила показывает нам печь, пережившую Сталина, Хрущева, Брежнева, мы осматриваем подъезд. В нем хоть фильм ужасов снимай: покосившаяся деревянная лестница, вместо ровных стен те же потемневшие бревна, что и снаружи.

- Когда дожди идут, у нас прямо с крыши льет. Мы на первом этаже живем, - рассказывает Людмила. - А у соседки над нами все в комнату бежит.

Деревянные лестницы в подъезде покосились от старости. Фото: Алексей БУЛАТОВ

Деревянные лестницы в подъезде покосились от старости.Фото: Алексей БУЛАТОВ

УЖИНАТЬ ПРИХОДИТСЯ ПРИ СВЕЧАХ

Людмила открывает нам дверь своей квартиры и тут же просит надеть мягкие теплые тапочки, извиняясь за очень холодный пол. На самом деле квартирой это можно назвать лишь с натяжкой – просто две раздельные комнаты, каждая со своим входом из подъезда, которые когда-то объединили дверным проемом. Одна комната это одновременно гостиная и спальня, а другая – кухня и… санузел. Отодвигая занавеску, Людмила показывает душевую кабинку и водонагреватель, расположившиеся в метре от электрической плиты.

- До 2013 года в этом доме не было водопровода. За водой приходилось на колонку ходить. А до 2014-го туалет на весь дом был одним общим и находился в подъезде – просто дырка в отдельной комнате, - говорит Людмила. - Но потом мы с соседями собрались, сами купили трубы, наняли работников и провели центральную канализацию за свой счет.

Лишь в 2013 году в доме появился водопровод, благодаря чему стало возможным оборудовать санузел в квартире. Фото: Алексей БУЛАТОВ

Лишь в 2013 году в доме появился водопровод, благодаря чему стало возможным оборудовать санузел в квартире.Фото: Алексей БУЛАТОВ

В гостиной двухъярусная кровать для детей, рядом двухместная для родителей, компьютерный уголок, шведская стенка с гирями, гантелями. Вместо старой деревянной оконной рамы – пластиковые окна. А посреди комнаты огромный обогреватель.

- Печь слабая, всю квартиру ею не обогреешь, но и обогревателя не хватает, - вздыхает Людмила. - Провода в доме не выдерживают – постоянно выключается электроэнергия. Часто приходится ужинать и делать уроки при свечах. Мы просили, чтобы нам поменяли автоматы в подъезде. Провели собрание. Приезжали пожарные и электрики. Но они сказали: «У вас ветхое жилье, и если мы вам поставим более мощные автоматы, то оно моментально вспыхнет». Из-за этого нам на секцию поставляется всего 16 ампер. Этого очень мало. Поэтому мы до сих пор покупаем дрова и топим печку зимой.

Дома у Людмила всегда есть запас свечей, так как электричество часто отключается. Фото: Алексей БУЛАТОВ

Дома у Людмила всегда есть запас свечей, так как электричество часто отключается.Фото: Алексей БУЛАТОВ

ВСЮДУ ПЛЕСЕНЬ

Дьявол, как говорится, прячется в мелочах. А в данном случае в углах и шкафах – из-за того, что жилье не удается прогреть, как следует, во всех хоть немного темных уголках квартиры образуется плесень. Людмила достает из шкафа свою сумочку и показывает ее бок, покрытый зеленой коростой. Она же свисает влажным комком с боксерской груши сына, которая лежит в углу.

- Все вещи сырые, плесень везде! Каждую неделю вымываю все, оттираю ее специальными средствами, но потом она снова появляется, - продолжает Людмила. - Я люблю уют, но сейчас руки начинают опускаться. Клеишь обои – они отходят. А как-то готовила суп и штукатурка с потолка прямо в кастрюлю упала. Бревна в доме – рухлядь. Проводишь по ним рукой, они рассыпаются. В стенах дыры. Стеклопакет поставили, и окно сразу же просело, потому что основа под ним не выдержала. Из-за холода и сырости сын очень часто болеет. В школу ходит неделю, потом 2-3 недели болеет дома. У нас всегда болезнь только по дыхательным путям. Когда есть возможность, мы отправляем ребенка в санаторий.

Из-за сырости каждый угол квартиры захвачен плесенью. Фото: Алексей БУЛАТОВ

Из-за сырости каждый угол квартиры захвачен плесенью.Фото: Алексей БУЛАТОВ

Квартира в деревянном бараке досталась Людмиле от родителей. Таких домов в Шабровском несколько. В советские годы их строили для работников местного талькового комбината. На вопрос о том, не думали ли они об ипотеке или аренде другого жилья Людмила с супругом вздыхают – доходов воспитателя и сотрудника службы безопасности на нее не хватит - на двоих супруги получают около 50 тысяч рублей. Да и саму профессию Людмила менять не хочет.

- Я с детства мечтала стать воспитателем, - улыбаясь, говорит Людмила. - Это мое призвание, я специально выучилась на педагога. Очень люблю своих воспитанников, мы с ними делаем разные проекты, игры, готовлю их к школе. Недавно я стала педагогом высшей категории. Я публикуюсь в дошкольных журналах. У меня много наград, благодарности от родителей и от профсоюза работников образования и науки. Также я веду в садике дополнительные образовательные кружки, учу их рисовать. Если есть возможность подработки, то я ее беру. Но ипотеку надо обдуманно брать. И мы ее не потянем. Снимать жилье тоже не сможем, потому что иначе на сухарях и воде останемся.

Одной печи для обогрева квартиры мало, поэтому в центре комнаты стоит большой электрический обогреватель. Фото: Алексей БУЛАТОВ

Одной печи для обогрева квартиры мало, поэтому в центре комнаты стоит большой электрический обогреватель.Фото: Алексей БУЛАТОВ

ДОМ НЕ ПРИЗНАЛИ АВАРИЙНЫМ

Недавно о состоянии дома, в котором живет Людмила, узнали родители детей, которых она воспитывает в садике. Они решили вмешаться в эту ситуацию и сейчас готовят коллективное письмо с подписями, которое собираются отправить в правительство Российской Федерации.

- Мы готовим письмо к Михаилу Мишустину, новому председателю Правительства Российской Федерации, - говорит Ольга Агафонова. - Попросим обратить внимание на проблему нашей любимой воспитательницы, чтобы ее семью оттуда переселили.

В квартире Людмила живет с супругом и двумя детьми. На то, чтобы взять ипотеку, доходов семьи не хватает. Фото: Алексей БУЛАТОВ

В квартире Людмила живет с супругом и двумя детьми. На то, чтобы взять ипотеку, доходов семьи не хватает.Фото: Алексей БУЛАТОВ

И родители детей из садика, и сами жильцы дома на Ленина, 31 в голос говорят, что дом находится в аварийном состоянии. Однако, как оказалось, юридически он таковым не является.

- О том, что данный дом признан аварийным и включен в программу по расселению информации нет, - уточняет Валерий Вшивцев, начальник отдела по учету и распределению жилья администрации Чкаловского района Екатеринбурга.

Ремонт семья Рубцовых делает каждый год, но из-за сырости обои долго не держатся. Фото: Алексей БУЛАТОВ

Ремонт семья Рубцовых делает каждый год, но из-за сырости обои долго не держатся.Фото: Алексей БУЛАТОВ

При этом точно такой же деревянный барак, который стоит по соседству (Ленина, 29) аварийным как раз таки признан и уже готовится к расселению. Казалось бы, в чем разница? Но в районной администрации объясняют, что произошло это по инициативе самих жильцов, которые обратились в администрацию города.

- Дело в том, что большинство жилых домов в нашем городе являются приватизированными, то есть частной собственностью, - объясняют в пресс-службе администрации Екатеринбурга. - Соответственно инициативу о том, чтобы признать дом аварийным должен проявить сам собственник, либо управляющая компания. Жильцам нужно написать заявление с просьбой признать их дом аварийным и прописать в нем, почему они считают его аварийным. Это не обязательно коллективное обращение. Может и один конкретный собственник его написать. После этого на место выезжает комиссия из специалистов разного уровня. Они оценивают, соответствует ли дом критериям аварийности. Если все это соответствует, комиссия признает дом аварийным. Послать заявление можно через официальный портал «екатеринбург.рф». Там есть раздел «Жителям», в котором есть подраздел «Электронная приемная». Там же имеется возможность прикрепить документы, подтверждающие, что дом нужно признать аварийным, год постройки, например.

Бревна, из которых сложен дом, давно рассохлись. В щели между ними задувает ветер, говорят жильцы. Фото: Алексей БУЛАТОВ

Бревна, из которых сложен дом, давно рассохлись. В щели между ними задувает ветер, говорят жильцы.Фото: Алексей БУЛАТОВ

Официально дом не носит статуса аварийного. Поэтому к расселению его не готовят. Фото: Алексей БУЛАТОВ

Официально дом не носит статуса аварийного. Поэтому к расселению его не готовят.Фото: Алексей БУЛАТОВ

Дом был построен в 1930 году для работников талькового комбината. Ему уже 90 лет. Фото: Алексей БУЛАТОВ

Дом был построен в 1930 году для работников талькового комбината. Ему уже 90 лет.Фото: Алексей БУЛАТОВ

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также