
Здравствуй, бабушка! Здравствуй, дедушка! Как бы я хотела обратиться к вам, живым, как прежде. Но вас уже нет. Зато есть мы, ваши внуки.
В каждой семье живет память о своих фронтовиках, людях, которые делали Победу. У меня в семье живет память о вас – мой личный пример НАСТОЯЩИХ людей – бабушка и дедушка. Я помню вас уже в мирное время, когда о войне рассказывали только фильмы и книги, а за окном стояло яркое солнце и пели птицы.
Однажды ты, бабушка, рассказала мне, буднично, как о чем-то обычном, как жила в войну. Днем училась на медицинском, чтобы скорее стать врачом и отправиться на фронт. Ночью ты, молоденькая девчонка, разгружала баржи с углем на ледяной Ангаре, чтобы Иркутск не замерз, чтобы в больницах и жилых домах оставались свет и тепло. Всего-то, днем учиться и ночью разгружать баржи – вроде не велик подвиг. Но именно такие вот маленькие подвиги каждого на своем месте и приближали Победу в тылу. А еды не было. Совсем. Запасы кончились, и тогда жарили лепешки из кожуры картошки, добавляли опилки. Каждый день ты находила в себе силы подняться и идти в институт, потом на Ангару. Каждый день.
А потом студентов начали отправлять на фронт. Первый эшелон вы проводили с песнями, радостно. И завидовали, что они уже скоро будут на фронте. Уехали твои друзья, чудесные ребята, полные надежд молодые врачи, которые хотели спасать людей.
Через неделю пришло сообщение – эшелон разбомбили, погибли все. Никто из них не доехал до фронта, никто не успел спасти других, целый эшелон молодых врачей, молодых ребят, верных своей Родине до последнего.
А ты продолжала работать и учиться, учиться и работать.
Однажды ты не смогла подняться с постели, силы оставили тебя, потому что даже кожура от картошки закончилась три дня назад, осталась только ледяная вода Ангары. Твоя мама тоже не смогла подняться. И вы лежали обе, абсолютно беспомощные, вне времени и пространства, и ждали смерти. Потому что никто не мог придти и помочь. Многие уже умерли от голода в тот год. И ты знала, что вы с мамой – следующие.
Ты лежала, смотрела в сырой, холодный потолок и, как врач, понимала, что осталось уже не долго. Ты слушала, как тихо рядом дышит мама, которая тоже умирала. И даже сил попрощаться не было, даже на шепот, даже на одно последнее слово.
И в тот момент, когда ты хотела закрыть глаза и сдаться смерти, которая, такая же голодная, как и все в этом городе, бродила рядом, стукнула дверь. Сквозь тишину ты слышала, как скрипнула половица на входе, там она давно подломилась, подул сквозняк. И ты не знала, кажется ли это или происходит на самом деле. Никто не мог придти. Пора было умирать.
Но он пришел. Пришел молодой, сильный, любимый, с продовольственным пайком, живой, он, дедушка, вернулся за один час до смерти!
Когда через несколько недель вы с мамой снова встали на ноги, когда в доме вновь стало тепло и уютно, он рассказал, как оказался живым.
Дедушка прошел всю войну, и накануне большого сражения их перебросили на японский фронт. Несколько дней им пришлось ждать начала масштабного наступления. И вдруг – дедушка заболел туберкулезом. Отправляя его в лазарет, командир уже похоронил его. Но дедушка выжил. А его полк на следующий день пошел в наступление. И все погибли. Все 900 человек.
Дедушка после болезни получил увольнительную домой. И приехал, когда ты уже умирала. Судьба хотела, чтобы вы жили!
Война закончилась через несколько месяцев. В оглушающий, цветущий и солнечный день вдруг ты услышала, как радостно, словно поток, прорвавший плотину, зашумела улица, начали распахиваться окна, кричали звонко толпой бегущие дети «Победа, победа!!!». И ты выскочила на улицу, чтобы быть среди людей, вдыхать с ароматом весны это сладкое слово, в которое еще не возможно было поверить «Неужели все? Неужели жизнь!» Все бежали к центру города, чтобы слушать и слушать на площадях это долгожданное слово, чтобы поверить в него, чтобы задохнуться этим моментом, когда вернулась жизнь.

После Победы вы каждый день возвращали судьбе выданный аванс.
Ты всю жизнь работала врачом, одно время – в противочумном институте, где вы искали лекарства от тифа и чумы. И чума, и тиф исчезли в стране навсегда силами таких, как ты, - талантливых и самоотверженных врачей.
И всю жизнь, как дань пережитому голоду, ты уважала простую еду: макароны с сахаром, хлеб с сахаром, суп из всех круп, который мы в шутку называли «Бурда», но ели с удовольствием.
И дедушка всю жизнь был рядом, умел делать всё: построил дом и вырастил сына и дочь, добывал мрамор для строительства метро в городах, которые стремительно поднимались и хорошели после Победы, был талантливым горным инженером…
Их сын – мой Дядя Саша – стал одним из первых хирургов в СССР, кто начал пришивать рук и ноги, и спас много жизней. Дочь стала кандидатом наук, и посвятила свою жизнь истории России.
В 90-е снова не было еды, снова нужно было выживать. На 1997-й Новый год моя мама заняла 200 рублей, чтобы устроить праздничный ужин. И на столе первый раз за год появились редкие тогда продукты – курочка, бутылка вина «Анапа» и оливье. Это был королевский стол для тех времен. Дедушка переоделся в нарядный костюм, бабушка надела лучшее платье. До нового года оставался час. Я попрощалась с Вами до завтра, потому что хотела отметить новый год в веселой компании.

Вы стояли рядом, старенькие, с любящими глазами, вам так нужна была любовь и поддержка. Мне казалось, что вы потерялись в этом злом, умирающем мире, в этой непонятной и разваливающейся стране:
- Я приеду завтра, и мы посидим вместе, поговорим. Хорошо, дедушка?
Он улыбнулся.
- Приезжай почаще, - сказала бабушка. Я вышла и закрыла за собой дверь, меня ждала веселая компания, и казалось, так много еще впереди минут и дней, чтобы посидеть и поговорить.
Это был последний раз, когда я видела их вместе.
За полминуты до полуночи, когда Ельцин выступал со своим предновогодним поздравлением, под бой курантов, дедушка умер. Он даже не успел попробовать такой долгожданный салат и открыть бутылку любимого вина, купленного с таким трудом.
Бабушка после похорон вышла на улицу и сломала ногу. Говорит, помутилось все в глазах, может, от того, что рядом больше не было поддержки - человека, с которым она была рядом больше 50 лет.
Вы все делали вместе, думали одинаково, и никогда не ссорились. Мне иногда казалось, что вам даже разговаривать не нужно, потому что вы – одно целое. Поэтому пишу я это письмо вам сразу обоим.
Больше она не вставала. Но все пять лет старалась не создавать проблем, усиленно читала, чтобы не потерять рассудок. В день ее смерти с ней была только я.
- Бабушка, что у тебя болит? Может покушать принести?
- Лучше расскажи мне про свою свадьбу. Какое платье ты выбрала?
- Красное.
- Почему красное?
- Ну… так оригинальнее…
- Твоя мама просила меня обязательно дожить до твоей свадьбы, – улыбнулась бабушка. – Но, боюсь, я не смогу выполнить ее просьбу.
- Ну что ты, бабушка. Ты поправишься…
- Ты иди. Приходи через часик, я посплю пока, – она снова улыбнулась и легла.
Когда я ушла, она, наверное, закрыла глаза, вспоминая близких людей, которые ждут ее там. И ей послышалась, что он зовет ее по имени так, как звал только он: Мага….
Я думала, она будет спать. А она просто не хотела пугать меня своей смертью. Как врач, она знала все, и не хотела беспокоить никого. Она умерла тихо.
Вы прожили достойную жизнь. Вы, моя Маргарита Альфонсовна и мой Виктор Константинович Лебедевы – мой личный пример НАСТОЯЩИХ людей. Мне очень вас не хватает.
P.S. Мне кажется, Победа – это не какой-то конкретный день. Это каждый день, когда обычные люди вставали и шли делать то, что должны были, на совесть, с душой. Делали для того, чтобы у нашей страны всегда было НАСТОЯЩЕЕ БУДУЩЕЕ.
Свои письма (по возможности с фотографиями ваших родственников-участников Великой Отечественной войны) присылайте на электронный адрес: kp.ekb@phkp.ru или по почте: 620075, Екатеринбург, ул. Мамина-Сибиряка, 52, оф. 302.