Мама уральского мальчика, умершего в германской больнице: «Дайте мне спокойно похоронить сына»

30 января исполнится ровно год со дня смерти уральского мальчика Сережи Охезина, который умер в немецкой клинике Швабинг в Мюнхене. «Убили» - как считают родственники. «Комсомолка» подробно писала об этой истории. Сережа был еще жив, когда врачи отключили его от органов жизнеобеспечения. Но самое дикое в этой истории произошло уже после смерти ребенка: не спросив разрешения родителей, немецкие врачи изъяли из тела мальчика почти все внутренности (см. «Мама умершего в германской больнице уральского мальчика: «Немцы довели сыночка до смерти, а потом вырезали все органы…»). Зачем все это было сделано, Сережиной маме так и не объяснили.

В чем причина изуверств?

- Если бы они вырезали, например, полую вену, куда вставляли порт (катетер), чтобы скрыть врачебные ошибки, это было бы понятно, - говорит Галина Юрьевна. – Или головной и спинной мозг - для анализа этого необычного случая (у Сережи было очень редкое заболевание – воспаление оболочек спинного и головного мозга, точного диагноза медики назвать так и не смогли, немцы поставили рак под вопросом, хотя ни один из российских врачей онкологию не подтвердил – прим. ред.). Сейчас образцы мозга рассылают по разным институтам в Германии и исследуют. Но зачем было удалять остальные органы: мочеполовую систему, глотку, гортань?

Родственник потрясло и то, с каким кощунством и жестокостью изымались органы.

- Когда я первый раз увидела тело Сережи в нашем морге - это был не ребенок, а старик! - до сих пор не может забыть Галина Юрьевна. - Глаз не было, все провалилось. Швы были сделаны грубыми стяжками толстыми, чуть ли не шерстяными нитками. Кожи на спине не было. Зачем им кожа со спины ребенка? Или спинной мозг – нет, чтобы сделать аккуратные разрезы сзади и вынуть. А они изымали его спереди: ломали ребра, вырывали позвонки и выдирали спинной мозг. Вот отношение к русским детям…

Естественное объяснение всем этим изуверствам – национальность пациента. Немецкий адвокат Андреас Граф сказал впоследствии Галине, что с американским ребенком такого никогда бы не случилось.

- Рядом с Мюнхеном в годы войны находился концлагерь Дахау, - рассказывает Галина Юрьевна. - У меня ощущение, что они просто переименовали концлагерь в университетскую клинику – таким издевательствам подвергался ребенок и когда был жив, и после смерти!

В истории смерти русского мальчика Сережи Охезина сейчас разбирается германская врачебная комиссия – ее заключение будет готово примерно через год.

- Когда мои немецкие адвокаты направили туда документы об отключении живого ребенка от систем жизнеобеспечения, куратор в комиссии не мог поверить! - рассказывает Галина Юрьевна. - Мы сказали, что у нас есть все доказательства – видеозаписи, фотографии, в конце концов, выписки из истории болезни, где видно, что когда его отключали, у него была нормальная температура (около 37), давление, дыхание - все показатели были в норме. То, что врачи сказали, что мозг умер, это не доказано. Как и их диагноз – рак.

Правоохранители двух стран завели уголовные дела

Спустя два месяца после смерти мальчика, 30 марта в Екатеринбург пришел бокс с органами. Сережу к тому времени уже похоронили (см. «Органы екатеринбургского мальчика, который умер в Германии, привезли на родину»). Как выяснилось позднее, пришла только часть органов.

- Я сразу заподозрила, что немцы прислали не все, - рассказывает Галина Ильина, мама мальчика.

Затянулась длительная тяжба по вызволению застрявших в Германии органов, а факту смерти мальчика следственное управление СКП РФ по Свердловской области возбудило уголовное дело. Правда, расследование идет крайне медленно, в данный момент оно вообще приостановлено «в связи с отсутствием в распоряжении экспертов и следователя необходимой медицинской документации» - такое письмо пришло Ильиной из областной прокуратуры. В борьбе с немецкими врачами это ведомство полностью встало на сторону родителей Сережи. Теперь они, кстати, признаны потерпевшими по уголовному делу.

- Нам очень помогает лично прокурор Свердловской области Юрий Пономарев и представитель Президента в Свердловской области Николай Винниченко, - говорит Галина Ильина. – А вот Генеральная прокуратура, где есть целый международный отдел, который и контактирует с Германией, молчит – ни одного ответа. Не реагирует на наши обращения и Министерство здравоохранения, которое и направляло нас в ту злополучную клинику.

В истории смерти русского мальчика Сережи Охезина сейчас разбирается германская врачебная комиссия – ее заключение будет готово примерно через год.

Уголовное дело возбудила и прокуратура города Мюнхен. За ходом расследования следят адвокаты Ильиной в Германии. Мы уже писали о том, что немецкая клиника предлагала Галине денежное вознаграждение в обмен на прекращение расследования. Зная бескомпромиссную позицию Ильиной, адвокаты ответили отказом. Сегодня главное требование Галины Юрьевны – чтобы ей вернули все органы ребенка. А вот с этим немецкие врачи не торопятся. Почти год они мучили родителей Сережи и, в конце концов, заявили, что вышлют только тогда, когда получат список недостающих органов, заверенный российскими судмедэкспертами.

И тогда родственники Сережи решились на крайнюю меру – эксгумацию.

Дайте нам похоронить ребенка!

- Я хочу сохранить целостность организма моего сына и прошу Вас предоставить мне список недостающих органов моего ребенка…, - написала Галина Юрьевна начальнику «Бюро судебно-медицинской экспертизы» 28 декабря 2010 года.

И уже 20 января с.г., меньше чем через месяц, наши судмедэксперты выдали свое заключение: недостает 10 органов. Среди них: миндалины, щитовидная железа, глотка, гортань, подъязычная кость. Вчера, 21 января, это письмо ушло в Германию – в ближайшие дни адвокаты Ильиной передадут его в клинику. Кроме того, германские правозащитники продолжают бомбардировать запросами немецкие власти и международные власти: уже подготовлены обращения к Ангеле Меркаль и в ООН.

- Единственное, что мы просим: верните нам органы, дайте нам похоронить ребенка! – плачет Галина Юрьевна. - Россия может постоять за русского ребенка хотя бы один раз?!

Если ничего не поможет, Галина намерена обращаться в Страсбургский суд.