2019-02-04T15:32:31+03:00
17

Никита Кричевский: Наша главная ошибка - жить одним днём!

Обсуждаем главные экономические новости с профессором Никитой КричевскимОбсуждаем главные экономические новости с профессором Никитой Кричевским

Известный экономист, профессор - о задержании Арашуковых, продажности и перспективах России в подкасте «Неделя в цифрах» Радио «Комсомольская правда»

Никита Кричевский: Наша главная ошибка - жить одним днём!

00:00
00:00

В. Алфимов:

- Здравствуйте, дорогие друзья. Меня зовут Валентин Алфимов. Вы нам писали три недели: что, закрыли Никиту Кричевского? Неугодный он вам? Нет! Не закрыли, не выгнали. Приболел немножко Никита Александрович. Выздоровел – и вот он.

Н. Кричевский:

- Начнем.

В. Алфимов:

- Вы же знаете всю процедуру задержания сенатора Рауфа Арашукова. Закрыли двери в зале заседаний Совета Федерации. Нам встали фэсэошники, охранники, чтобы никого не выпустили. Генпрокурор Чайка и глава Следственного комитета Бастрыкин начали читать постановление. Ходят слухи о том, что все очень сильно напряглись. Но все на самом деле было не так.

Н. Кричевский:

- Я бы тоже напрягся, если бы вдруг ни с того, ни с сего я прихожу в зал заседаний, а там генпрокурор стоит на трибуне.

В. Алфимов:

- Потом, когда назвали Арашукова, там было 169 вздохов облегчения. Как было на самом деле – знает Никита Кричевский. Вы пишете: «Когда Чайка вышел на трибуну Совета Федерации и объявил, что сейчас будут арестовывать преступника, к выходу рванули все, включая Матвиенко. И только Арашуков остался сидеть. Он не знал русского языка. Его и задержали».

Н. Кричевский:

- Потому что учиться в школе надо было лучше.

В. Алфимов:

- Первая учительница господина Арашукова говорит, что он достаточно неплохо учился. Не то чтобы отличник, но нормально учился, и она с ним даже занималась дополнительно. Послушаем ее.

- Разве в начальной школе дети в совершенстве знают? Это к окончанию средней школы ребенок не русский уже говорит в совершенстве, может быть. Учился он, я не скажу на твердые четверки, на пятерки, он хорошистом не был. Но был ответственным учеником, уроки делал, учил. По технике чтения твердая четверка была. По математике - он вообще любил математику.

Н. Кричевский:

- Очень хорошая женщина. Но, видимо, где-то допустила маленький просчет. Иначе он бы тоже рванул со своего места, когда увидел генпрокурора Чайку на трибуне с тезисом о том, что «мы сейчас всех будем забирать». Хотелось бы поговорить не только о юморном, потому что юморного у нас с вами в жизни более чем достаточно. Хотелось бы поговорить о серьезном.

В. Алфимов:

- Серьезного здесь вполне достаточно, когда сенатора задерживают в стенах Совета Федерации.

Н. Кричевский:

- Я считаю, что мы не с тех козырей начали. Это значит, что у нас полно членов Совета Федерации, которые светятся на центральных федеральных каналах, у которых рыльце в таком пушку… Здесь я всего лишь воспользуюсь игрой слов, речь не о сенаторе Пушкове, а о том, что есть такое выражение. Есть сенаторы, которые обладают тысячами, десятками тысяч гектар земли не так далеко от Москвы, завладеть которыми законными способами было невозможно по определению никогда. Ни при царе, ни при монголо-татарском игре. Если только при Владимире Красно Солнышко, да и то я не уверен, потому что там слишком часто делились земли. А тут вдруг у человека появляется столько землицы, что диву даешься. И квартирка у человека в Плотниковом переулке – это центр Москвы, это Арбат. Я говорю абстрактно, ни на кого не намекаю. Когда посмотришь на его налог на имущество, на кадастровую стоимость его квартиры в Плотниковом переулке, там у тебя от ноликов просто в глазах рябит. И он это платит покорно. И эти люди каждый день ходят и учат нас тому, какими мы с вами должны быть, - свободолюбивыми, патриотичными. И как мы должны выступать на стороне Путина, власти и вообще не иметь никаких претензий к тому, что происходит. Вот если бы с этого начали, это было бы гораздо более эффектным. А поскольку начали с локальных разборок… С другой стороны, курочка по зернышку.

В. Алфимов:

- А я хочу зацепиться за ваше слово «начали». Означает ли эта история с Арашуковым, что на этом не остановятся? И дальше пойдут и по Совету Федерации, и, может быть, по Государственной Думе, а там, наверное, еще интересней?

Н. Кричевский:

- Когда это на Руси, что-то начавшись, внезапно останавливалось? Да никогда. Если только это был не обрыв. Это было всегда. Поэтому мы в начале больших чисток. Причем чисток не кровавых, не сталинских, не чисток времен Ивана Грозного, а цивилизованных. А на сколько лет нам хватит этого добра поработать?

В. Алфимов:

- Бесконечно?

Н. Кричевский:

- Бюджетов на двадцать годовых - точно. Это сказано в связи с тем, что у нас сегодня сквозная программа. Она так вырастает, плавно переходит к еще одной шутке. На днях Владимир Владимирович собрал совещание из тех, кто был в том числе на тусовке в Давосе. Когда начали говорить о туризме, господин Путин сказал: подождите, давайте еще одного туриста послушаем. И посмотрел на господина Орешкина.

В. Алфимов:

- Нас люди спрашивают ровно об одном. В Совете Федерации, в Госдуме, в правительстве, во всех министерствах, в мэриях, в общем, везде, где есть власть, все они продажные сволочи.

Н. Кричевский:

- Нет! Я знаю многих не продажных и неподкупных, честных людей. Я приведу пример только одного человека – Сергея Шаргунова, депутата Госдумы. Идите, попробуйте купить, денежку дайте. Я посмотрю на вас. Не получится.

В. Алфимов:

- Он же не один такой?

Н. Кричевский:

- Есть и другие. Попробуйте дать Поклонской – я на вас посмотрю.

В. Алфимов:

- Мне не нравится, что мы перечисляем фамилии, которые пока считаются по одной руке.

Н. Кричевский:

- Мы в данном случае отвечаем на вопрос, все ли там такие, или нет. Я отвечаю – нет. И вот уже привел два примера, опровергающие тезис о том, что они там все такие. Но в массе своей, в общем и целом – конечно, все. За отдельными исключениями.

В. Алфимов:

- Меня бы больше устроил ответ: нет, все нормальные, но за отдельными исключениями. Но это как раз не та тенденция, про которую я сейчас говорю?

Н. Кричевский:

- Власть и безнаказанность приводят к тому, что сегодня один попросит, предложит, завтра – другой, послезавтра – третий. При этом твое родовое село, которое находится на высоте 3 тысячи километров, как жило без газа и воды, а ты – начальник крупнейшей газовой компании региона, - так и продолжает жить. А ты при этом миллиардер. И, когда у тебя начинают проводить обыск, находят просто сумасшедшие вещи. Эти люди получают очень неплохие доходы. Легальные, официальные доходы.

В. Алфимов:

- А с чего бы? Зарплата сенатора Совета Федерации приравнена к зарплате министра.

Н. Кричевский:

- А льготы?:

В. Алфимов:

- Там не космос. На замок не накопишь все равно. И на виллу за границей, которую ты переписал на младшую сестру троюродной тещи.

Н. Кричевский:

- В любом случае, это существенно выше, нежели чем средний уровень жизни даже москвича. Я уж не говорю о мигалках, о спецпроезде, о талонах на питание, не говорю о том, что ты можешь всегда и везде путешествовать бизнес-классом за счет бюджета. Не об этом речь. Я не зря вспомнил о том, что на этой неделе под руководством президента Путина зашел разговор о развитии туризма.

В. Алфимов:

- Реплика в ответ Валерию Павленко, который пишет: «Если провести обыски у всех сенаторов, то можно у них конфисковать бюджет России».

Н. Кричевский:

- Нет, штук двадцать годовых бюджетов! Это поклеп на доблестную российскую власть. Плохо вы о ней думаете. В свое время голландской королеве задали вопрос: много ли у вас средств? На что она сказала: моих доходов, доходов моего королевства, того, что принадлежит короне и приходит в казну, хватило бы на то, чтобы я могла пять лет не собирать налоги со своих граждан. А у нас? Если Нидерланды могут позволить себе пять лет жить припеваючи, то тут господин Павленко говорит: а там годовой бюджет где-то болтается.

В. Алфимов:

- Тут поступила новость: по итогам прошлого года обналичено 177 млрд. рублей.

Н. Кричевский:

- Я опять начинаю кипятиться от обиды за доблестную российскую власть. В том году господин Мишустин говорил о том, что за 2017 год поступления в федеральный бюджет увеличились на 20 %. В реальных деньгах это 3 трлн. рублей. Было 15 трлн., стало 18 трлн. И тут нам говорят: а вот 177 млрд. рублей обналичили. И тут у меня есть справедливое негодование вместе с господином Мишустиным. Если у кого-то сперла 177 млрд. рублей, то те 3 трлн. – это что? Это 6 % от той суммы. И это куда? Это из какого-то банчка, не самого большого, я бы даже сказал – масенького, сперли 177 млрд. рублей за прошлый год. А уж из нормального банчка! А если взять все схемы на круг! А если взять возврат НДС на 2 трлн. рублей ежегодно! Ох, сколько Россия может проживать безбедно и безналогово! Мы можем содержать Голландию. И не пять лет, а лет двадцать. Сами жить и голландцев содержать.

В. Алфимов:

- Это при условии, если закрыть все эти левые схемы? Которые, в принципе, закрыть реально.

Н. Кричевский:

- Да. Так вот, господина Орешкина назвали туристом. И назвали совершенно правильно. На заседании по развитию Гостуризма господин Путин дал вам слово и назвал вас «еще одним туристом». Он имел в виду то, что Орешкин не так давно вернулся из Давоса, где он общался в кулуарах, вел переговоры, даже заключал предварительные соглашения и, может быть, с кем-то обменялся визитками. Это я не к тому, что господин Орешкин зря съездил. Может, он съездил, наоборот, хорошо. Может быть, он привез очень много хороших позитивных контактов с Давоса, смог улучшить имидж Российской Федерации в глазах мирового экономического сообщества.

В. Алфимов:

- При том, что многие туда не ездили.

Н. Кричевский:

- По поводу Давоса. Дай бог Орешкину избежать, извините за сленг, погоняла Водолаз. Было время, когда Улюкаева называли Водолазом. Потому что он постоянно искал дно. Говорил: вот, дно кризиса пройдено. О, опять дно кризиса! Снизу в дно постучали. Вот дай бог, чтобы Орешкина сейчас не стали называть Туристом. Когда я слышу слово Давос, у меня возникает рефлекс. Я вспоминаю известный в академических кругах случай. Два американских экономиста приехали в Давос, это же тусовка из науки, истеблишмента, представители правительства, власти, крупнейшего бизнеса. И вот они собрали свою секцию и говорят: мы будем обсуждать пути развития, свершения, направления. А теперь попросим вас за 5-10 минут коротко описать, почему то, что вы сегодня нам будете рассказывать, закончилось катастрофой. Была гробовая тишина. И только один человек сказал: только ради одной этой фразы стоило ехать на Давос.

Планы – это всегда классно, здорово, супер. А теперь давайте представим ситуацию, когда все ваши планы, которые вы выстроили, через фиксированное количество времени закончились катастрофически. Как наша концепция долгосрочного развития «2020». Она закончилась катастрофой. Ни один из показателей не выполнил.

В. Алфимов:

- Так 2020 года еще нет.

Н. Кричевский:

- Она же пошаговая. Ничего не выполняется. Можно объяснить это Крымом, санкциями… Давайте спросим: почему то, что мы с таким запалом и упорством планировали за несколько лет до этого, закончилось так трагически? Только-только ты начинаешь разговаривать с людьми о том, что: давайте встретимся, приезжайте к нам в столицу, мы приедем к вам в Милан, Лондон, Тбилиси, Харьков. Давайте будем налаживать контакты, деловые отношения, развивать разные виды бизнеса. И вдруг выходит один дядька, такой плюгавенький, с палочкой, очки с изолентой, но миллиардер и нобелевский лауреат. И он говорит: а катастрофой все почему закончилось?

У меня вопрос ко всем: а что мешает нам выстраивать нормальный среднесрочный бизнес? Тут мне звонит информационное агентство с вопросом: как вы можете объяснить, что за несколько лет выросли продажи элитной недвижимости в Москве? Да, я знаю истории, когда к нотариусу и на сделки приезжали люди, у которых купюры были перевязаны изолентой. Пожалуйста, пересчитайте. А что лишнее оторвется – за наш счет. Это было. Потому что каналы выхода за границу закрыты. Воровать стало все тяжелее и тяжелее. Отбирают все больше и чаще. Принимают уже в Совете Федерации. Куда вкладывать? Только в недвижимость. Но недвижимость по цене предложения и недвижимость по цене реализации – это разница минус 25 % минимум. И я в данном случае не о том, что нужно сделать для того, чтобы составить проектик по агентству недвижимости, по продажи северокавказским сенаторам элитных пентхаусов в ближнем Подмосковье. Я думаю, в этом они без нас с вами разберутся. А что нам мешает делать бизнес вообще?

В. Алфимов:

- Это сейчас обращение к нашим слушателям.

Н. Кричевский:

- Самоуверенность. То, что вы относите себя к тем 90 % водителей, которые обладают хорошими навыками вождения, почему у вас не получится? Проблемы с местными властями, которые буквально чихнуть не дают. А, копеечку заработал? Давай, вот я сенатор, я сейчас на тебя своего друга, брата названного… Вот я этому брату сейчас скажу, и он на тебя таких архаровцев наведет, что у тебя не только бизнеса не будет, у тебя последнего туалета не будет. На улицу будешь ходить.

В. Алфимов:

- Другими словами, вымогатели?

Н. Кричевский:

- Это мешает? Что мешает? Или, может быть, самоуверенность? Может быть, опора исключительно на собственные планы? Может быть, это какие-то вещи, связанные с эгоцентризмом? Потому что я бог, я рожден для того, чтобы стать, минимум, не знаю даже кем.

Сергей, Волгоград:

- Мешает вести бизнес некоторая степень шизофрении нашей. Потому что большинство граждан, служащих, управленцев воспринимают свою работу как источник получения дохода. А нужно воспринимать как…

Н. Кричевский:

- Что мешает каждому из нас развивать бизнес? Я знаю ответ на этот вопрос, но я его скажу в самом конце программы. И ответ этот касается не нас с вами, а государства.

Зинаида:

- Я пенсионерка. Мне уже ничего не мешает. Мне 62 года. Я сижу сейчас и слушаю вашу передачу. Вы людям открываете глаза. Семь лет на пенсии. Сорок с лишним лет отработала. У меня была пенсия 6450. Сейчас прошла пенсионная реформа, людям обещали много, в итоге я получаю пенсию 12 тысяч. За все эти годы все добавки. Как обидно! Люди жиреют, богатеют, а мы, наше поколение…

Н. Кричевский:

- Мы спрашивали, что нам сегодня мешает вести бизнес. Медведев сказал: не хотите учительствовать – идите в бизнес.

В. Алфимов:

- Слушатели нам пишут, что мешают ЦБ и налоги .

Н. Кричевский:

- Чем налоги не нравятся?

В. Алфимов:

- Еще одно мнение: коррупции больше с каждым годом. Идеи национальной нет.

Людмила:

- По моему мнению, мешает то, что наш гарант из года в год повторяет одно и то же, что коней на переправе не меняют. Десятилетиями это продолжается.

Н. Кричевский:

- Правительство мешает?

Людмила:

- И каждый чиновник, который сидит, он знает, что его не поменяют, что он может творить что угодно, как угодно измываться, убивать.

Лев:

- Мне 56 лет. У меня поздний брак, я воспитываю двоих малолетних детей – 4,5 и 5,5 лет. И для меня слово «бизнес»… Я вырос в рабоче-крестьянской среде. Для меня это чуждо. Я презираю эти спекуляции, это барыжничество. Я за социалистическую систему, в которой воспитывался.

Н. Кричевский:

- Есть и такая позиция.

В. Алфимов:

- Лев, смотрите, многие крестьяне сейчас выращивают свои продукты и продают их, это их бизнес. И это тоже бизнес. Но вы их тоже презираете?

Н. Кричевский:

- А за что их презирать, если они своим трудом это делают? Можно это назвать народным предприятием. Соберитесь своим деревенским гуртом, наберите тех, кто будет работать, 5-10 человек, распределите роли и работайте каждый на себя. А в конце года делите прибыль. Если не обворуете друг друга.

В. Алфимов:

- Колхоз.

Н. Кричевский:

- Это не колхоз, это народное предприятие. Потому что колхоз был создан указанием сверху. Никаких поползновений снизу о том, что мы хотим создать колхоз, дайте нам такую возможность, - не было. Коллективные хозяйства создавались директивно по указанию товарища Сталина лично.

Тарас:

- Я знаю, что мешает вести бизнес. Это страх, что он получится. Люди сидят на своем месте. Например, учитель сидит всю жизнь и боится бросить это все. Он боится выйти из этой школы и сказать: я смогу.

В. Алфимов:

- А может, боится, что не получится? Это логично.

Н. Кричевский:

- Я знаю массу историй, когда не то чтобы учителя, но и представители других профессий открывали у себя маленькие магазинчики, потихонечку реставрировали и ремонтировали заброшенные заводские, колхозные помещения. И потихоньку они поднимаются.

Владимир:

- Я считаю, причин три. Первая – монополизация бизнеса. Вот торговля, например. Все захватили торговые сети. Мелкий бизнес можно начинать только с торговли. Производство – это достаточно большие вложения.

Н. Кричевский:

- Назовите мне торговую сеть, где не примут ваш товар? Поднимитесь, подойти к торговой точке и скажите: у меня есть товар, чак-чак, например, я хочу его у вас продать. Какие документы мне для этого нужны? Как мы будем строить с вами отношения?

В. Алфимов:

- Я сильно сомневаюсь, что условный «Ашан», другие торговые сети возьмут его.

Н. Кричевский:

- Они все работают по франшизе. Сейчас нет единых сетей.

В. Алфимов:

- Сомневаюсь, что они будут заморачиваться с твоим чак-чаком. Кому он нужен? Они этот чак-чак возьмут на складе в пять раз дешевле.

Н. Кричевский:

- В моем доме магазин, где я покупаю печенье, еще что-то. Я вижу, что это печенье частное. Говорят: у нас теперь такие поставщики. Попробуйте.

В. Алфимов:

- Нам пишут слушатели, называют тебя хамом. Причем называют из Канады. Это успех. «Неуверенность в стабильности экономики мешает вести бизнес». Неуверенность в себе. Законы такие, что подняться невозможно, малый бизнес стоит больших денег.

Н. Кричевский:

- Какие законы, каких больших денег стоит малый бизнес?

В. Алфимов:

- Неравенство мешает. Для народа – один закон, а для чинуш – нет закона вообще.

Н. Кричевский:

- 58 тысяч рублей взяла тетка и открыла магазин детских игрушек в Алтайском крае.

В. Алфимов:

- Нам слушатель пишет, что 58 тысяч рублей хватает только на оформление справок.

Н. Кричевский:

- А сесть и самому вечерком поработать над справками? Надо обязательно кого-то нанимать, платить им? Давать взятки?

В. Алфимов:

- Да.

Н. Кричевский:

- А через дверь не пробовали?

В. Алфимов:

- Пробовали через дверь. Огромное количество народу. Люди тоже пишут не совсем идиоты. Так что же нам мешает вести бизнес?

Н. Кричевский:

- Люди у нас не дураки, люди у нас зашоренные, зашуганные и оболваненные. И грустно, и скучно, и одиноко мне, что народ не может донести мысль до тех, кто сегодня управляет нашей страной. На мой взгляд, мешает вести бизнес перспектива жить одним днем. Вот наша главная ошибка. У нас, если что, есть такая ракета, то мы вам о ней не расскажем. А еще есть такая ракета, которая гиперзвуком поздравит всех россиян с Новым годом. А еще есть такая ракета, которая…

В. Алфимов:

- На эти ракеты уже давно никто не обращает внимание.

Н. Кричевский:

- А еще есть такая ракета, которая, если что, вообще обнулит жизнь на Земле. И весь мир живет, развиваясь, весь мир считает планы, весь мир говорит о том, что через год это будет выглядеть так, через два, через три так, а у нас говорят: а зачем тебе это все, если через год ничего не будет вообще? Мы находимся в состоянии крепости, осажденной со всех сторон. У нас маленькая страна, окруженная огромной Украиной. Не сегодня – завтра нас захватят, и у нас вообще ничего не останется. Так какой бизнес возможен в стране, где ситуация выстраивается, в лучшем случае, день простоять, да ночь продержаться?

В. Алфимов:

- Ждем на следующей неделе, Никита Александрович!

17

Слушайте также

ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Московская студия 8-800-200-97-02
+7 (967) 200-97-02 +7 (967) 200-97-02
Региональная студия +7 (343) 385-0-923+7 953 385-0-923
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ