Дала обещание, держа за руку на похоронах: медсестра отправилась на СВО после гибели жениха

Ее позывной – Лезгинка. Она выбрала его в память о женихе, который погиб в бою Фото: предоставлено героем публикации

Когда началась пандемия, она спасала людей в Тульской больнице. Работала медсестрой, но так как врачей не хватало, брала на себя обязанности сразу нескольких специалистов. Теперь она спасает бойцов в зоне cпециальной военной операции. Ее позывной – Лезгинка. Она выбрала его в память о женихе, который погиб в бою и которому она обещала, что и сама отправится на спецоперацию.

- Его позывной Лезгин теперь живет в моем позывном, - говорит Лезгинка.

По просьбе «Комсомольской правды» она согласилась поделиться с нашими читателями своей историей.

Сейчас Лезгинка освоила новую профессию - оператор БПЛА Фото: предоставлено героем публикации

ПОГИБ ЗА МЕСЯЦ ДО СВАДЬБЫ

Ее имя – Мария. С детства она хотела стать медиком, а еще военнослужащей. Здесь объединилось желание помогать людям и впечатления от рассказов бабушки о подвигах солдат в годы Великой Отечественной войны.

- Помню, во дворе с одноклассниками в войнушку играли. Были у нас и врачи, и солдаты. Став старше, я уже решила, что буду медсестрой, - вспоминает Мария.

Потом была смерть родной матери, жизнь в интернате, первый брак, воспитание дочерей. Однажды обстоятельства так сложились, что Мария решила переехать в другой город.

- Я жила у неродной мамы в Курске. И мы с ней поругались. У подруги стоял глобус на столе. А на нем только Россия. Я крутанула и ткнула пальцем наугад с закрытыми глазами. Попала в Тулу и поехала туда, - вспоминает Мария. - Сама нашла квартиру, сняла ее на месяц. Решила в соцсети в группе для знакомств найти кого-нибудь в Туле, кто бы мне город показал.

Так она познакомилась с Романом. Он служил в ВДВ. Роман встретил Марию на вокзале в Туле, чтобы помочь донести вещи до дома. С этого момента они уже не расставались.

- У нас судьба похожая оказалась, - поделилась Мария. – А еще меня притянул его характер – сказал, сделал. Мы сразу начали жить вместе.

Это был март 2020-го. Начиналась пандемия коронавируса. Мария устроилась на работу в ковидный госпиталь в Тульской области.

- Медперсонала не хватало. Поэтому медсестры делали все – где-то уколы, где-то капельницы. Где-то убирали сами. И мы постоянно ходили в сизах, в костюмах. А стояла такая жара, что бывало, даже сознание теряли коллеги, - говорит Мария.

Мария и Роман должны были расписаться в ноябре 2023 года, но в октябре… он погиб Фото: предоставлено героем публикации

Роман принимал участие в специальной военной операции на территории ДНР и ЛНР с 24 февраля 2022 года. Мария отправляла ему посылки, сама приезжала к нему на место службы, чтобы увидеться.

- Еще в 2020 году хотели расписаться, но не получилось. С бывшим мужем мы с 2016 года года не жили вместе, но развестись получилось только в 2022-м, - вспоминает Мария. – С Романом мы должны были расписаться в ноябре 2023 года, но в октябре… он погиб. Ему оставался всего месяц до отпуска. Наш последний разговор по телефону на всю жизнь запомню. Было 9 октября. Он обычно на целый день выходил на связь, когда они в город выезжали в магазин. А тут только пять минут смог поговорить. И он тогда сказал: «Я, наверное, больше не выйду на связь». И все. Он погиб 14 октября. Я узнала об этом 18 числа. На похоронах, когда его везли до дома, я держала его за руку и пообещала, что пойду на специальную военную операцию.

РОТА СТАЛА ВТОРОЙ СЕМЬЕЙ

Мария отправилась служить по контракту как медик. Поступать на службу ей как женщине оказалось не просто.

- В нашем военкомате мне поставили условие – найдешь отношение, пойдешь, - вспоминает Мария. - Отношение - это бумага от воинской части на конкретного бойца, в которой говорится, что воинская часть запрашивает данного человека на определенную должность на службу. Я нашла в Донецкой Народной Республике такое отношение. Привезла. Удивление, конечно, в военкомате было большое, что я все-таки нашла отношение, да еще где.

Мария также состоит в родительском комитете мобилизованных лиц по Тульской области. Его сотрудники помогали c гуманитарной помощью в зоне СВО Фото: предоставлено героем публикации

В зоне спецоперации Лезгинка работала санитаром эвакуации на СЭПе (Сборный эвакуационный пункт). Под командованием другой медсестры она оказывала помощь раненым бойцам, которых к ним привозили.

- Она была медсестрой с сердцем хирурга – спасала ребят с такими тяжелыми случаями, что не передать словами. Под ее чутким руководством мы вытаскивали ребят, - говорит Лезгинка. - Самый страшный случай помню – привезли бойца, а у него целы только глаза. Нам сказали, что это камикадзе прилетел (барражирующий боеприпас. - Ред.). Были мысли, что не спасем, но в итоге мы его вытащили. Сейчас с женой его на связи. С бойцом тоже получилось списаться. Общаемся.

Впоследствии Лезгинка стала внештатным фельдшером роты. Для нее она стала как семья.

- Там ребята, командир переживали за меня как за дочку, сестру, внучку. Я и сейчас на связи с теми, кто остался, с их семьями, - говорит Лезгинка. - Потом я начала на полигон ездить – обучала ребят, которые приехали на контракт из мест лишения свободы. Полдня на полигоне, полдня со своими ребятами в роте. И работать на СЭПе успевала.

По словам Лезгинки, женщин-медиков в зоне боевых действий не очень много. И бойцы всегда приободряются, когда попадают к одной из них – сразу понимают, что они точно в надежных руках.

- Когда им первую помощь оказывает женщина, они стараются мужественно держаться, не падают духом. По мужчине видно, что больно, что тяжело, но он старается улыбаться и еще тебе пытается настроение поднять, - говорит Лезгинка. – Однажды троих ребят в моей роте ранило. Их эвакуировали, привезли на СЭП. Там столько медиков, а они увидели меня и кричат на все здание: «Это наш медик! Нас передавайте к ней!»

НА СВАДЬБУ ЧЕТЫРЕ ЧАСА

Однажды Лезгинка повезла ребят со своей роты на плановое обследование в больницу в тыловой зоне, оставила у врачей, а сама пошла в аптечный пункт, чтобы найти пластыри на случай пневмоторакса.

- Спускаюсь, спрашиваю. Девушка мне отвечает, что пластырей таких нет. А рядом сидит боец на лавочке. Уставший, вымотанный. Видно, что спит на ходу. Он мне и говорит: «Там через дорогу есть аптека, и там есть пластыри», - вспоминает Лезгинка. - А я уставшая. Ночь и день не спала. Говорю ему «Хорошо, спасибо», а про себя думаю: «Молодой человек, если вы не замолчите, вы станете моим мужем». Наверное, я что-то родное в нем увидела, то, что потеряла.

Молодого человека зовут Сергей. Мысль, внезапно появившаяся тогда в голове Марии, оказалась пророческой. У них начались отношения. Хотя в зоне СВО это не то же самое, что в гражданской жизни.

- На гражданке цветочки, романтика, свидания… А в зоне СВО если вы в медицинской роте увиделись и просто приобняли друг друга, то это уже целое свидание. Ценится время, ценится отношение – то, чего не хватает, - говорит Лезгинка.

А потом неожиданно Сергей сделал Марии предложение. О том, что он готовится к этому, знали все их сослуживцы.

- Заговор был, - смеется Мария. – Он однажды мне позвонил: «Какой у тебя размер кольца?» Я говорю «Зачем? Я замуж пока не собираюсь». Он говорит: «Ну, мне надо тут узнать размер». Мои командиры начали помогать мне измерять палец проволокой и линейкой. Я ничего не поняла тогда. А потом он мне сделал предложение. Оказалось, все были в курсе, кроме меня.

Расписывались молодые в Донецке. Большого торжества не делали – отложили его до момента после СВО.

- До Донецка нам надо было ехать больше часа. На обратную дорогу столько же. И там еще час. Нам выделили четыре часа, - вспоминает Мария. - Муж у меня со своей роты повез бойца в Донецк в больницу. Я с ним. Приехали потом в ЗАГС в обычной служебной форме. ЗАГС очень понравился. Его сотрудники вошли в наше положение. Нам помогли оформить и написать заявления. Через 40 минут мы вышли уже мужем и женой.

В зоне СВО Мария познакомилась с Сергеем. Сейчас они - муж и жена Фото: предоставлено героем публикации

ОСВОИЛА УПРАВЛЕНИЕ БПЛА

Сейчас у Лезгинки начинается новый этап жизни – не только семейный, но и профессиональный. Она освоила управление БПЛА. Да, в современных боевых действиях это оружие. Но и жизни оно спасать может – с их помощью на позицию можно доставить лекарства, продукты и воду, можно найти раненых, которым требуется помощь и эвакуация.

- После того как я перешла в другую часть, нам предложили дрон для поиска раненых. А дроноводов среди нас не было. Никто из девчонок не знал, как им управлять, - говорит Лезгинка. – Я, как всегда, первой проявила инициативу, говорю: «А давайте я буду дроноводом». Поехала учиться в Екатеринбург в Центр начальной военной подготовки «Урал». И честно, очень понравилось.

Возможно, со стороны кажется, что управлять дроном легко. Но тут требуется серьезный навык, который сначала отрабатывался на симуляторе перед монитором.

- Мне сначала показалось, что на симуляторе легко, но в итоге я смогла полететь только на третий день. Инструкторы мне все объяснили, показали, как взлетать. И я постоянно подходила потом к ним, доставала, просила объяснить то, чего не понимаю. Они терпеливо, без нервов, все объясняли, - говорит Лезгинка. - А через неделю мы уже летали на полигоне. Настоящим дроном управлять тяжелее, потому что присутствует страх – уронить, разбить дрон.

После обучения Лезгинка планирует снова отправиться в зону СВО, чтобы помогать товарищам, но теперь уже в качестве командира дроноводов. На вопрос, почему для нее важно вносить свой вклад, она отвечает просто:

- Потому что я пообещала человеку, когда на похоронах держала его руку, что буду до последнего там, - говорит Лезгинка.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Прикрывал товарищей, несмотря на рану: бортпроводник, спасший подростка, ушел на СВО и получил медаль «За отвагу»

Бортпроводник, спасший подростка, ушел на СВО и получил медаль «За отвагу» (Подробнее)

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

В Европе удивились, что Трамп хочет их ограбить под видом помощи Украине